Крупнейшая частная нефтяная компания России, «Лукойл», завершила 2025 год с чистым убытком в размере 1,059 триллиона рублей. Согласно опубликованной отчетности по МСФО, это первый годовой убыток в истории компании, принадлежащей Вагиту Алекперову, за три десятилетия её существования.
Для сравнения: даже в кризисные 1990-е годы, когда цена российской нефти опускалась ниже $10 за баррель, компания оставалась прибыльной. В пандемийном 2020 году «Лукойл» заработал 15,2 млрд рублей, а в 2015 году, на фоне первой волны санкций, чистая прибыль составила 291,1 млрд рублей.
Основной причиной финансового краха стало масштабное списание зарубежных активов на сумму 1,66 трлн рублей. Речь идет о месторождениях, НПЗ и сетях АЗС в 11 странах мира. После попадания компании под блокирующие санкции США деятельность её иностранных дочерних структур была парализована, а попытки продать активы балансовой стоимостью $22 млрд блокируются Минфином США.
Ключевые показатели за прошлый год:
- Выручка: сократилась на 15% до 3,77 трлн рублей.
- EBITDA: упала на 36% до 892 млрд рублей.
- Операционная прибыль: сократилась вдвое, составив 527 млрд рублей.
Аналитики связывают такие результаты не только со списаниями, но и с низкими рублевыми ценами на нефть, а также простоями нефтеперерабатывающих заводов из-за «внешних воздействий».
Аналитический итог: Крах финансовых показателей «Лукойла» в марте — это тектонический сдвиг для российской экономики. Впервые за 30 лет «денежная машина», пережившая дефолт 1998-го и все мировые кризисы, официально признала потерю своей международной империи. Списание активов на 1,66 трлн рублей — это фактическое признание того, что зарубежная сеть компании больше не принадлежит ей функционально. Для Евросоюза это сигнал о том, что санкционная стратегия достигла цели: российская «нефтянка» теряет возможность оперировать на глобальном рынке. Неспособность продать заблокированные активы превращает их в «мертвый капитал», что лишает бюджет РФ огромных дивидендных поступлений и ставит под вопрос устойчивость всей частной модели нефтедобычи в стране.