Замглавы Минпромторга Роман Чекушов отчитался о достижении несырьевым неэнергетическим экспортом (ННЭ) отметки в $163,6 млрд по итогам 2025 года. Несмотря на позитивную динамику последнего года, структурный кризис внешней торговли очевиден.
Статистика против риторики:
- Обвал к базе 2021 года: Текущий объем ННЭ на 16% ($30,6 млрд) меньше исторического рекорда 2021 года ($194,2 млрд).
- Технологическая деградация: Экспорт машин и оборудования — основы любого современного производства — сократился на 28% по сравнению с довоенным уровнем (с $40,6 млрд до $29,6 млрд).
- Сырьевая инерция: Несмотря на заявления о том, что Россия — больше не «бензоколонка», доля топливно-энергетических товаров в экспорте, по данным Института Гайдара, составляет 53,9%. Это минимальное значение за последние годы, но достигнуто оно не за счет взлета промышленности, а за счет падения мировых цен на нефть.
Аналитический итог:
Рост несырьевого экспорта в 2025 году — это эффект низкой базы после катастрофического 2024-го, когда объемы падали до семилетнего минимума.
Бензоколонка с пустыми баками: Снижение доли нефти в экспорте до 54% Кремль пытается выдать за успех диверсификации. Однако в реальности это следствие санкционного дисконта и ухудшения мировой конъюнктуры. Страна не стала продавать больше станков — она просто стала получать меньше денег за баррель.
Экспорт с низким переделом: Даже в структуре ННЭ основной прирост дают простейшие товары — удобрения, металлы и продовольствие. Высокотехнологичный сектор (машины и оборудование) продолжает деградировать, теряя рынки из-за санкций и невозможности закупать западные комплектующие.
Иллюзия «востребованности»: Рапорты Минпромторга о «востребованности» российской продукции игнорируют тот факт, что экспорт в «дружественные» страны часто идет с огромными скидками и сопряжен с логистическими издержками, съедающими прибыль производителей. В итоге экономика РФ остается заложницей сырьевой модели, только теперь с разрушенным технологическим контуром.